דמאי

הַקַּלִּין שֶׁבַּדְּמַאי, הַשִּׁיתִין, וְהָרִימִין וְהָעֻזְרָדִין, וּבְנוֹת שׁוּחַ, וּבְנוֹת שִׁקְמָה, וְנוֹבְלוֹת הַתְּמָרָה, וְהַגֻּפְנִין, וְהַנִּצְפָּה. וּבִיהוּדָה, הָאוֹג, וְהַחֹמֶץ שֶׁבִּיהוּדָה, וְהַכֻּסְבָּר. רַבִּי יְהוּדָה אוֹמֵר, כָּל הַשִּׁיתִין פְּטוּרִין, חוּץ מִשֶּׁל דּוּפְרָה. כָּל הָרִימִין פְּטוּרִין, חוּץ מֵרִימֵי שִׁקְמוֹנָה. כָּל בְּנוֹת שִׁקְמָה פְּטוּרוֹת, חוּץ מִן הַמֻּסְטָפוֹס:

[Вот что] относится к демаю снисходительно: незрелые инжиры, дикий ююб, азаролус, дикие белые инжиры, молодые сикоморовые инжиры, опавшие финики, укроп и каперсы. А в Иудее также сумах, иудейский уксус и кориандр. Рабби Иеуда говорит: все незрелые инжиры освобождены, кроме плодов дерева, приносящего плод дважды в год. Весь дикий ююб освобожден, кроме дикого ююба Шикмоны. Все молодые сикоморовые инжиры освобождены, кроме тех, что были надрезаны.

הַדְּמַאי אֵין לוֹ חֹמֶשׁ, וְאֵין לוֹ בִעוּר, וְנֶאֱכָל לְאוֹנֵן, וְנִכְנָס לִירוּשָׁלַיִם וְיוֹצֵא, וּמְאַבְּדִין אֶת מִעוּטוֹ בַּדְּרָכִים, וְנוֹתְנוֹ לְעַם הָאָרֶץ, וְיֹאכַל כְּנֶגְדּוֹ. וּמְחַלְּלִים אוֹתוֹ כֶּסֶף עַל כֶּסֶף, נְחֹשֶׁת עַל נְחשֶׁת, כֶּסֶף עַל נְחֹשֶׁת, וּנְחֹשֶׁת עַל הַפֵּרוֹת, וּבִלְבַד שֶׁיַּחֲזֹר וְיִפְדֶּה אֶת הַפֵּרוֹת, דִּבְרֵי רַבִּי מֵאִיר. וַחֲכָמִים אוֹמְרִים, יַעֲלֶה הַפֵּרוֹת וְיֵאָכְלוּ בִירוּשָׁלָיִם:

На [второй десятине] демая не начисляется пятая часть. У него нет установленного времени удаления. Его может есть онен. Его можно вносить в Иерусалим и выносить обратно. Небольшое количество может быть потеряно в пути. Можно дать его ам-гаарецу и съесть равное количество в Иерусалиме. [Деньги второй десятины демая] могут быть выкуплены серебряными [монетами] за [другие] серебряные [монеты], медными [монетами] за [другие] медные [монеты], серебром за медь, и медью за плоды, при условии, что плоды снова будут выкуплены за деньги — слова рабби Меира. А мудрецы говорят: сами плоды должны быть принесены и съедены в Иерусалиме.